Рулонные шторы помимо своих функциональных возможностей в области интерьера давно превратились в предмет декорирования помещения, что достаточно эффектно. Сегодня на нашем рынке огромный выбор продукции из Европы удовлетворяющий казалось бы любому вкусу и стилю начиная от классического и заканчивая авангардом. Помимо различных солнцезащитных товаров, таких как жалюзи, плиссе, ламбрекены, карнизы, рулонные шторы, и т.д., нужно правильно сделать выбор, и что именно нужно Вам и насколько это будет оригинально смотреться в общем оформлении помещения.

Большинство материалов не выходят из моды уже несколько веков, это шелк, велюр, сатин, хлопок, лен, саржа, тафта, жаккард и т.д. Сегодня в моде отличает эклектика и демократия, огромный спектр стилей, цветов и тканей, к ним добавились синтетические и экологические ткани, которые могут использоваться с другими компонентами, хлопчатобумажные и шелковые полотна. Однако новая тенденция сведена к замене натуральных тканей синтетическими на основе полистирола и акрила приживающиеся в силу своих высоких потребительских свойств, поскольку обладают светонепроницаемостью, пылеотталкивающими свойствами, не выцветают, легко протираются и служат намного дольше.

Среди солнцезащитных изделий, несущих технологические особенности, есть рулонные шторы, пропитанные специальным составом от выцветания солнечными лучами, которые не стирают, а отдают специально в химчистку. Современной новинкой в области текстиля считаются интерьерные ткани со специальным светоотражающим покрытием, что позволяет получить эффект переливания всех цветов радуги на поверхности рулонной шторы смотря на нее под разным углом.

Подбирая рулонные шторы, стоит учесть во внимание размеры окна и ее пропорцию, что куда важней, чем выбор цвета, фактуры, рисунка, текстуры. Например, к высоким оконным проемам рекомендуются длинные шторы, а если потолок низкий следует подбирать шторы более осмотрительно. Для того чтобы рулонные шторы выглядели наилучшим образом, готовое полотно, должно быть заранее сделано под размеры окна или оконного проема, и имело все необходимые параметры.

Учитывая интерьер помещения, к классическому варианту пойдут более плотные рулонные шторы, к фольклорному более прозрачные шторы с применением натуральных материалов для ткани, к экзотическому ткани с яркими и насыщенными цветами, однако следует заметить, что рулонные шторы должны сочетаться по цвету, фактуре, стилю мебели и постели. В помещениях с высокими потолками подойдут выделяющиеся шторы, которые всегда будут отлично выглядеть, а если в помещении потолок низкий, стоит выбрать декоративные шторы. Обрабатывая нижнии края рулонной шторы, стоит придерживаться стиля.

Для украшения окна, можно купить рулонные шторы и украсить их ламбрекеном, который представляет собой кусок ткани, как правило, точно такого же размера, что и рулонная штора. Сам ламбрекен располагается горизонтально над окном и прикрывает верхнюю часть оконного проема.

Как дополнительную деталь декоративного убранства можно дополнить гардиными карнизами, изготовленные из дерева, алюминия, и других крепких материалов. Карнизы также создают выражение определенного стиля в интерьере, однако следует задуматься, как карнизы будут сочетаться с мебелью. Выдерживать стиль должны прихваты, шнуры, цепочки, тесьма, и все то, что не только поддерживает эти шторы, но и позволяют восхитительно смотреться с драпировкой полотна шторы. Можно немного отойти от обычных традиционных штор и воспользоваться собственными фантазиями. Например компактные шторы в горизонтальную складку на карнизе, закрепленные прямо в самом проеме окна, получается что в закрытом состоянии шторы будут полностью укрывать помещение от солнечного свет, не позволяя проникать лучам света, через просветы между шторами и оконным проемом. Еще существуют плиссированные шторы, которые напоминают чем то жалюзи, позволяют создать потрясающий эффект воздушности.

Драпировка это альтернатива самым обычным шторам, и служит как декоративное решение для любого интерьера. Окно может быть оформлено тканью не только близких оттенков, а еще может быть подобрано в сочетании контрастных цветов, которую можно обернуть вокруг карниза, а шторы повесить приопустив ее середину. Еще превосходно драпируется муслин на синтетических тканях средней плотности.

Можно вообще уйти от традиционных штор, карнизов и гардин оставив лишь только одни рулонные шторы в москве, которые все же активнее подчеркивают жилые помещения. Как правило именно декор окна придает стиль и законченный вид любому интерьеру, и лучше всего когда комната за счет правильно подобранных штор воспринимается как комфортное пространство.

“Такое чудище кормить! О, правый Боже,
Я лучше сотню змей родить бы предпочла,
Будь трижды проклято восторгов кратких ложе,
Где искупленье скверн во тьме я зачала!

За то, что в матери уроду, василиску,
На горе мужу Ты избрал меня одну,
Но, как ненужную любовную записку,
К несчастью, эту мразь в огонь я не швырну,

Я Твой неправый гнев обрушу на орудье
Твоей недоброты, я буду тем горда,
Что это деревце зачахнет на безлюдье
И зачумленного не принесет плода”.

Так, не поняв судеб и ненависти пену
Глотая в бешенстве и свой кляня позор,
Она готовится разжечь, сойдя в Геенну,
Преступным матерям назначенный костер.

Но ангелы хранят отверженных недаром,
Бездомному везде под солнцем стол и кров,
И для него вода становится нектаром,
И корка прелая - амброзией богов.

Он с ветром шепчется и с тучей проходящей,
Пускаясь в крестный путь, как ласточка в пол”т
И Дух, в пучине бед паломника хранящий,
Услышав песнь его, невольно слезы льет.

Но от его любви шарахается каждый,
Но раздражает всех его спокойный взгляд,
Всем любо слышать стон его сердечной жажды
Испытывать на нем еще безвестный яд.

Захочет он испить из чистого колодца,
Ему плюют в бадью. С брезгливостью ханжи
Отталкивают все, к чему он прикоснется,
Чураясь гением протоптанной межи.

Его жена кричит по рынкам и трактирам:
За то, что мне отдать и жизнь и страсть он мог,
За то, что красоту избрал своим кумиром,
Меня озолотит он с головы до ног.

Я нардом услажусь и миррой благовонной,
И поклонением, и мясом, и вином.
Я дух его растлю, любовью ослепленный.
И я унижу все божественное в нем.

Когда ж наскучит мне весь этот фарс нелепый
Я руку наложу покорному на грудь,
И эти ногти вмиг, проворны и свирепы,
Когтями гарпии проложат к сердцу путь.

Я сердце вылущу, дрожащее как птица
В руке охотника, и лакомым куском
Во мне живущий зверь, играя, насладится,
Когда я в грязь ему швырну кровавый ком.

Но что ж Поэт? Он тверд. Он силою прозренья
Уже свой видит трон близ Бога самого.
В нем, точно молнии, сверкают озаренья,
Глумливый смех толпы скрывая от него.

“Благодарю, Господь! Ты нас обрек несчастьям,
Но в них лекарство дал для очищенья нам,
Чтоб сильных приобщил к небесным сладострастьям
Страданий временных божественный бальзам.

Я знаю, близ себя Ты поместишь Поэта,
В святое воинство его Ты пригласил.
Ты позовешь его на вечный праздник света,
Как собеседника Властей, Начал и Сил.

Я знаю, кто страдал, тот полон благородства,
И даже ада месть величью не страшна,
Когда в его венце, в короне первородства,
Потомство узнает миры и времена.

Возьми все лучшее, что создано Пальмирой,
Весь жемчуг собери, который в море скрыт.
Из глубины земной хоть все алмазы вырой, -
Венец Поэта все сиянием затмит.

Затем что он возник из огненной стихии
Из тех перволучей, чья сила так светла,
Что, чудо Божие, пред ней глаза людские
Темны, как тусклые от пыли зеркала”.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Безумье, скаредность, и алчность, и разврат
И душу нам гнетут, и тело разъедают;
Нас угрызения, как пытка, услаждают,
Как насекомые, и жалят и язвят.

Упорен в нас порок, раскаянье - притворно;
За все сторицею себе воздать спеша,
Опять путем греха, смеясь, скользит душа,
Слезами трусости омыв свой путь позорный.

И Демон Трисмегист, баюкая мечту,
На мягком ложе зла наш разум усыпляет;
Он волю, золото души, испепеляет,
И, как столбы паров, бросает в пустоту;

Сам Дьявол нас влечет сетями преступленья
И, смело шествуя среди зловонной тьмы,
Мы к Аду близимся, но даже в бездне мы
Без дрожи ужаса хватаем наслажденья;

Как грудь, поблекшую от грязных ласк, грызет
В вертепе нищенском иной гуляка праздный,
Мы новых сладостей и новой тайны грязной
Ища, сжимаем плоть, как перезрелый плод;

У нас в мозгу кишит рой демонов безумный.
Как бесконечный клуб змеящихся червей;
Вдохнет ли воздух грудь - уж Смерть клокочет в ней
Вливаясь в легкие струей незримо-шумной.

До сей поры кинжал, огонь и горький яд
Еще не вывели багрового узора;
Как по канве, по дням бессилья и позора,
Наш дух растлением до сей поры объят!

Средь чудищ лающих, рыкающих, свистящих
Средь обезьян, пантер, голодных псов и змей,
Средь хищных коршунов, в зверинце всех страстей
Одно ужасней всех: в нем жестов нет грозящих

Нет криков яростных, но странно слиты в нем
Все исступления, безумства, искушенья;
Оно весь мир отдаст, смеясь, на разрушенье.
Оно поглотит мир одним своим зевком!

То - Скука! - vitalino.ru облаком своей houka* одета
Она, тоскуя, ждет, чтоб эшафот возник.
Скажи, читатель-лжец, мой брат и мой двойник
Ты знал чудовище утонченное это?!

 Поэтому при разбитии крашенки (ее скорлупа разбивается на десятки частей - части тела Рода, его жертва) вопроизводится мироздание, и человек становится сопричастным этому космогоническому акту, а, причащаясь яйцом (кровью и плотью Рода), становится сопричастным божеству, Вселенной. Однако крашенка повествует также и о том, что в каждом из нас течет его кровь.

 Дарованная однажды человеку, она перетекает из поколения в поколение, являясь бессмертной божественной субстанцией. Неслучайно церковные писатели XII-XIII вв. сравнивали языческого Рода с христианским Саваофом, как двух равных по могуществу божеств, с той лишь разницей, что язычники, по их мнению, ошибочно приписывают своему богу зарождение жизни и вдуновение духа в человека. (Рыбаков Б.А.Язычество древних славян. С. 443.)